Медреформа в Украине: неудобные вопросы, или Все равны, но есть равнее

0

О сколько нам открытий чудных

После публикации статьи ждало много открытий чудных. «Комплименты» в личку от неопознанных личностей в расчет не беру. Но от такой категории, как ученые, по умолчанию ожидала аргументов, умения задавать вопросы и слышать оппонента — а получила «с вами надо разобраться».

Вы знаете, что такое когнитивный диссонанс? Для меня, например, когда люди, борющиеся с лженаукой и фальсификацией научных исследований, кричат «ату ее!», но ничего не хотят слышать о «фальсификациях» в другой статье — своего коллеги. Еще дали понять, что негоже всуе рядом со светлой фамилией упоминать Януковича.

Автор вышеупомянутой статьи о том, что сделала Супрун, на комментарии колеблющихся («А отрицательные результаты вы заметили? Или все — саботаж, недоработки на местах и прочее?») реагировал очень резко и надменно. Требовал пруфов от экспертов, медиков, утверждающих, что все не совсем так, как он пишет. Диалог не случился — ни один пруф не понравился (не подошел и отчет Счетной палаты), а «дискуссию» автор оборвал фразой (дословно) «мне нас…ть» и гордо удалился.

Видимо, о медреформе можно либо хорошо, либо никак…

Грош цена системе здравоохранения, где все держится на одной персоне

«Я хочу жити в країні #СупрунІЯ!!!» — были и такие комментарии. А мне не хочется. Хорошо живется в тех странах, где большинство граждан фамилиями министров не интересуются. Грош цена системе здравоохранения, где все держится на одной персоне. В Украине есть проблема — каждый последующий министр здравоохранения отметает наработки предыдущего, не учитывает прошлые ошибки, начиная все сначала. А ведь медреформа первичного звена уже отрабатывалась «при попередныках» в пилотных регионах, как и проект по реимбурсации лекарств — сейчас это называется «Доступные лекарства». Разве что медийности такой не было.

После публикации статьи было немало тех, кто поддержал мой опус и задавал вопросы. Кто-то из друзей промолчал — и на том спасибо. У третьих ситуация незавидная: чтобы усидеть на двух стульях, но взять сторону того, кто больше друг и ближе к Минздраву, пришлось изворачиваться и намекать.

Вспомнилось: один из бывших высокопоставленных чиновников Минздрава, то и дело выступавший с критикой тех или иных новшеств медреформы, потом как-то резко исчез из информационного поля. Как мне объяснили — «детей-то нужно трудоустраивать».

Желаемое за действительное

Медреформа нужна. И она есть — как кардинальные перемены, к которым нужно стремиться. Писать о планах необходимо, но за действительность выдавать нельзя. От поломанных Супрун схем должны были разлететься щепки. Хотелось бы увидеть фарммафию, которой от этого стало плохо, и пациента, которому стало хорошо.

Вопросов много, а ответы найти непросто. Изучаешь документы, узнаешь у экспертов, пациентов и получаешь реальность, отличную от декларируемой. И не говорить об этом нельзя. Когда трансплантология из безликой области медицины вдруг вырисовывается в имена и фамилии… Когда родственники тяжелобольных пациентов, нуждающихся в лечении за рубежом, 72 дня живут в палатках под Минздравом, чтобы ускорить процесс получения гарантийных писем. За это время умер отец троих детей, так и не дождавшийся помощи. Люди вынуждены были месяцами жить в палатках, штурмовать Минздрав, чтобы их заметили и реализовали гарантированное законом право.

К сожалению, государство, не способное профинансировать лечение граждан за рубежом, пока ничего реального не сделало для развития этих направлений медицины в Украине. Не подскажете, трансплантация — это какая волна реформы? Мне так и не удалось узнать о результатах пилотного проекта по трансплантологии, на который в прошлом году выделили 112 млн грн.

Известно, что в мае 2018 года был принят закон о трансплантации органов («О внесении изменений в некоторые законодательные акты Украины относительно здравоохранения и трансплантации органов и других анатомических материалов человека»), вступивший в силу 1 января 2019 года. Мало кто не пропиарился на этом законе, называя прорывом для развития трансплантологии в Украине. Получился фальстарт. Чтобы закон с 1 января заработал, нужно было успеть сделать немало, в том числе привести в соответствие нормативно-правовую базу. Не успели. Сегодня, насколько мне известно, остановилось даже то немногое, что работало.

Все равны или есть равнее?

Когда возникли скандалы вокруг первых госзакупок лекарств при посредничестве международных организаций, к нам обратилась одна из них — Crown Agents, чтобы рассказать свою версию о процессе закупок, возникших проблемах и планах на будущее. Почему к нам? Мы мониторили эту тему с самого начала, информацию приходилось собирать буквально по крупицам, так как этот процесс был довольно закрытым и непубличным. Королевское агентство было удивлено, что мы согласились на интервью, мол, большинству СМИ это неинтересно.

Видели мем «Мочить манту можно, Супрун — нет»? Все равны или все же есть равнее? Как-то мне попалась одна интересная книга об исследовании украинского менталитета. В характере украинцев (среди множества положительных черт) ее автор увидел также «отголоски забытых недугов», например, инфантильность и наивность. Наверное, поэтому мы и путаем революции с волшебной палочкой, способной изменить нашу жизнь быстро и безвозвратно. Может быть, по этой причине мы ждем, что придет кто-то и сделает все за нас. Легко выбираем себе идолов, возводим на престол, а потом так же легко и быстро лишаем их короны.

Источник: racurs