В своем нынешнем виде «Укроборон­пром» нам точно не нужен — Сергей Кривонос

0

Недавно в Совете национальной безопасности и обороны произошли кадровые изменения. Был назначен новый секретарь СНБО – Алексей Данилов, а его советниками стали представители шоу-бизнеса – Сергей Сивохо и Максим Ткаченко. О том, как работает СНБО при новой власти, удастся ли реформировать «Укроборонпром» и продолжить перевооружение армии, в интервью «Апострофу» рассказал заместитель секретаря СНБО СЕРГЕЙ КРИВОНОС.

— Вы успели поработать с тремя секретарями СНБО – Александром Турчиновым, Александром Данилюком и Алексеем Даниловым. Что менялось в работе в связи со сменами руководителей?

— По поводу Алексея Данилова, я бы воздержался от каких-либо комментариев. Он только набирает команду, поэтому дадим ему время для того, чтобы проявить себя. Что же касается Александра Данилюка, то в начале его срока, он еще демонстрировал желание работать. Но потом его работа был полностью нивелирована присутствием огромного количества советников, находившихся в СНБО. Непонятно, был ли у них вообще допуск к государственной тайне. Между тем, Данилюк активно привлекал их к различным совещаниям, игнорируя своих заместителей. За то, время, пока Данилюк был секретарем СНБО, значение этого органа сильно снизилось. СНБО уже не воспринимался так серьезно, как это было при Турчинове. Я вообще не уверен, интересовала ли Данилюка война. Он не читал ежедневные сводки с фронта и совершенно не заслушивал своих заместителей по различным направлениям работы.

— А что это были за советники?

— Какие-то непонятные люди. Они выдавали себя за экономистов. А когда я спрашивал у таких людей – вот вы – экономист, вы хотите реформировать «Укроборонпром», а вы хоть танк от БМП отличаете? Звучал ответ: «Нет, а зачем?» Ну, как зачем, вообще-то предприятия «Укроборонпрома» не гвозди делают (хотя изготовление гвоздей тоже требует квалификации), а специализируются на изготовлении военной техники. Взять ту же БМП. Это же больше 16 тысяч запчастей, которые делает не один завод, а целая кооперация предприятий.

— А почему, по вашему мнению, Александр Данилюк решил уйти?

— Трудно сказать, я же не участвовал в его общении с руководством страны и с его окружением. Александр Данилюк закрылся своей раковине и пускал туда только тех, кто был ему чем-то полезен. Его советники – в количестве около 30 человек – исчезли на следующий день после его увольнения.

— А с новым секретарем СНБО Алексеем Даниловым, у вас был разговор?

— Был.

— Если не секрет, о чем вы общались?

— Алексей Мячеславович не видит меня на месте заместителя секретаря СНБО. Почему? Не знаю. Но я благодарен, что он честно мне об этом сказал.

— То есть, вы будете подавать в отставку?

— Нет. Это не его прерогатива, назначать и увольнять заместителей секретаря СНБО. Это прерогатива президента. Скоро у меня должна состояться встреча с Владимиром Александровичем Зеленским, на которой я у него спрошу – нужен ли я на этой должности. Предоставлю ему отчет, что уже сделано мною и моей командой, что мы еще планируем сделать и в какие сроки.

— Недавно советниками Данилова были назначены представители шоу-бизнеса, Сергей Сивохо и Максим Ткаченко. Повторяется ситуация с Данилюком в плане советников?

— Задайте этот вопрос секретарю СНБО. Он же их подбирает. Значит чем-то руководствуется.

— Во времена Александра Турчинова, СНБО был драйвером процесса перевооружения украинской армии. Успешно реализовывались ракетные программы, создание комплексов «Ольха» и «Нептун». Что будет с этими программами после смены руководства?

— Финансирование происходит, деньги предусмотрены на следующий год. Я не пропустил ни одного испытания. Мы плотно общаемся и с руководством КБ «Луч» (разработчик систем «Ольха» и «Нептун», — «Апостроф»). Ракетное оружие очень важно для нас, потому что оно может решать судьбу боевых действий, в том числе и на Донбассе.

Украинский ракетный комплекс «Ольха» создан на основе элементов 300-мм советской реактивной системы залпового огня (РСЗО) «Смерч», но с использованием одноименной украинской корректируемой ракеты, разработки киевского КБ «Луч». В результате получилось высокоточное оружие — в отличие от обычного «Смерча», бьющего по площади, каждая пусковая установка «Ольхи» способна поразить 12 различных целей. Сейчас принята на вооружение «Ольха» с дальностью действия до 70 км и проводятся испытания модернизированной ракеты «Ольха-М», с дальностью действия до 130 км. Также активно проводятся испытания украинского комплекса крылатых ракет «Нептун» — одноименная ракета также создана специалистами КБ «Луч».

— Когда мы увидим «Ольху – М» и «Нептун» в войсках?

— Исходя из программы разработки и проведения испытаний, ответ на это можно дать к концу этого года. Ракетные комплексы быстро не создаются. Даже в СССР при испытаниях РСЗО «Смерч» было произведено более 1500 пусков. У нас нет таких широких возможностей, поэтому мы стараемся совершать как можно меньше ошибок.

— То есть, за судьбу ракетных программ мы можем не беспокоиться?

— Пока я на должности, я держу руку на пульсе.

— Каким будет финансирование оборонного сектора в следующем году? Планируется ли увеличение?

— Ни один предыдущий бюджет не отвечал запросам и потребностям всех силовых структур. Например, бюджет этого года удовлетворяет эти потребности всего на 38%. Конечно, нам хочется как можно больше денег, но возможности наших налогоплательщиков не столь велики.

— Но вы какие-то цифры можете назвать?

— Давайте подождем, пока закончится обсуждение.

— Но можно хотя бы сказать, будет ли этот бюджет больше, чем в 2019 году?

— Вопрос не ко мне, а скорее к Верховной Раде. Главная проблема состоит в эффективности использования этих денег. Во многих случаях бюджет расходовался неэффективно. Поэтому нужно определиться с приоритетами. А приоритеты — это средства разведки и поражения. Нынешняя война — это война не танков и БТР, хотя они тоже нужны. Это война средств радиоэлектронной борьбы, ПВО, разведки, авиации и возможности противостоять таким же средствам, которые Россия применяет против нас.

— «Укроборонпром» способен удовлетворить эти потребности?

— Когда мы слышим информационные вбросы о том, что мы не можем организовать импортозамещение, я хочу сказать, что просто никто не занимался этим серьезно. Все очень просто. Мы должны определить, что именно мы производим. Наши патриоты уже наладили выпуск огромного количества комплектующих. Однако нам нужна государственная программа по каждому направлению вооружения и, если каждый производитель будет знать, что по той или иной номенклатуре у него, гарантированно будут заказы в ближайшие 5-10 лет, он найдет возможность эти заказы обеспечить.

— Какое вооружение мы уже можем производить самостоятельно без участия РФ?

— Мы уже самостоятельно производим РСЗО (принята на вооружение реактивная система залпового огня «Верба» — украинская модернизация БМ-21 «Град», — «Апостроф»). Производим противотанковые ракетные комплексы — это тоже детище нашего КБ «Луч», причем не только производим, но и продаем их за границу. Главное не останавливаться на достигнутом и года через три мы сможем обеспечить замкнутый цикл производства определенной техники

— Например?

— Например, тех же самых БМП. Да и БТР мы можем делать намного лучше, чем сейчас.

— А «Укроборонпром» останется в существующем виде или будет реорганизован?

— На данном этапе «Укроборонпром» пока останется в нынешнем виде. Есть несколько вариантов решения вопроса. Подготовлен пакет законопроектов, который будет выноситься на обсуждение. В Офисе президента не одно совещание было посвящено этой теме. Команда, которая есть у Айвараса Абромавичуса (гендиректор «Укроборонпрома», — «Апостроф»), набрала неплохие обороты. Он хорошо понимает, чего он хочет и как этого достичь. Мы друг друга поддерживаем и успех будет однозначно.

Однако в существующем виде «Укроборонпром» нам совершенно точно не нужен. Эта система была создана во времена Януковича для того, чтобы под прикрытием закона красть деньги.

— А какие есть варианты реформирования «Укроборонпрома»?

— Давайте все же подождем. Проводятся совещания, они носят закрытый характер, и еще не время выносить все это на публичное обсуждение.

— Но есть какой-то дедлайн, сроки проведения реформы?

— Конкретных сроков никто не ставил. «Укроборонпром» не может существовать без законодательной базы, а поскольку законопроекты еще не приняты, нам нужно идти параллельными путями.

— Некоторые предприятия «Укроборонпрома» испытывают серьезные трудности. Например, «Харьковское конструкторское бюро им. Морозова» — единственное украинское предприятие по созданию бронетехники. Сейчас на нем не выплачиваются зарплаты, уникальные специалисты увольняются.

— Неверная или умышленно неверная организация работы ХКБМ привела к тому, что был не выполнен государственный заказ, возникли срывы с выплатами зарплат и начали увольняться люди. Я знаю, что правоохранительные органы уже начали выяснять, кто виноват в сложившейся ситуации. По моему мнению, проблемы на ХКБМ возникли потому, что контроль государства над процессами был недостаточно сильным.

— Но там есть конкретная ситуация – срыв поставок бронированных корпусов для БТР-4Е. Это привело к невыполнению контракта с Минобороны и, как следствие – к срыву госзаказа на производство БТРов и проблеме с зарплатами. А все потому, что не могли решить, какую сталь использовать – финскую или отечественную. Военная приемка завернула продукцию, сделанную из финской стали, потому что она не соответствовала ГОСТам.

— Это были советские ГОСТы, которые писались в конце 1950 – начале 1960 годов. Они определяют требования к стали, исходя из возможностей вооружений, существовавших в те времена. Но некоторые современные боеприпасы для стрелкового оружия способны прошивать броню в два борта с расстояния в 2 км. Жизнь не стоит на месте – когда появляется новая броня, появляются и новые боеприпасы, способные ее пробить.

— Но мы же понимаем мотивацию чиновника, осуществляющего военную приемку. Перед ним ГОСТ, требованиям которого должна соответствовать броня. Ему все равно, устарел он или нет. Как говорится, шаг влево, шаг вправо.

— Чиновника, сидящего в кабинете, не беспокоит жизнь людей. Ему важнее сохранить за собой место, прикрывшись бумажкой. Эти люди боятся взять на себя ответственность и принять самостоятельное решение. В свое время на большинстве предприятий ОПК был уничтожен институт генеральных конструкторов, имевших право принимать решения относительно необходимых изменений в конструкцию изделий. Как эта проблема была решена в Польше и Чехии? После распада СССР им досталось большое количество советской техники. На уровне правительств этих стран было принято решение дать генеральным конструкторам полномочия модернизировать технику, не согласовывая этот вопрос с разработчиками в России. Как видим, у них это прекрасно получилось. Многие украинские предприятия ОПК уже просят нас вернуть институт генеральных конструкторов.

— Чтобы они могли сами принимать решения, в том числе и в плане использования тех или иных типов брони.

— Абсолютно верно. И самостоятельно принимать решения по поводу модернизации тех или иных видов техники…

Источник: apostrophe